Аудиозаписи на портале разделены по категориям. Выберите интересующую вас категорию аудио в списке ниже.

 

 

Желание веков. Глава 74. Гефсимания

Оглавление Глава 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87

Эта глава основана на Евангелии от Матфея 26:36-56; от Марка 14:32-50; от Луки 22:39-53; от Иоанна 18:1-12
В сопровождении учеников Спаситель медленно направился в Гефсиманский сад. Полная пасхальная луна сияла на безоблачном небе. Тишина объяла спящий стан паломников. {ЖВ 685.1}
Иисус, как всегда, откровенно беседовал со Своими учениками, наставляя их, но, приблизившись к Гефсимании, вдруг замолчал. Он часто приходил сюда, чтобы помолиться и поразмышлять, но никогда Его сердце так не скорбело, как в эту ночь, в предчувствии последних мучений. Свет Божественного присутствия сопровождал Его в течение всей земной жизни. Сталкиваясь с противодействием людей, движимых духом сатаны, Он мог сказать: «Пославший Меня есть со Мною; Отец не оставил Меня одного, ибо Я всегда делаю то, что Ему угодно». Но теперь казалось, что Он был лишен света Божественного присутствия, придающего силы, и причислен к злодеям. Ему предстояло понести на Себе вину падшего человечества. На Него, «не знавшего греха», будут возложены беззакония всех нас. Грех для Него был настолько омерзителен, а бремя вины, которое Он должен был нести, настолько тяжко, что у Него появилось искушение опасаться, не станет ли грех навечно преградой между Ним и любовью Отца? Зная, сколь ужасен гнев Божий против беззакония, Он воскликнул: «Душа Моя скорбит смертельно». {ЖВ 685.2}
По мере приближения к саду ученики заметили, как изменился их Наставник. Никогда они не видели Его таким печальным и молчаливым. Эта странная печаль все углублялась. Но они не осмеливались спросить Его о причине. Он пошатывался, и казалось, что вот-вот упадет. Подойдя к саду, ученики начали поспешно искать Его обычное место уединения, чтобы их Учитель мог отдохнуть. Каждый шаг стоил Ему огромных усилий. Он громко стонал, как под тяжестью ужасного бремени. Дважды спутники вынуждены были поддерживать Его, чтобы Он не упал. {ЖВ 685.3}
У входа в сад Иисус оставил всех Своих учеников, кроме трех, и просил их помолиться за себя и за Него, а Сам вместе с Петром, Иаковом и Иоанном прошел в укромный уголок сада. Эти три ученика были Его самыми близкими друзьями. Они видели Его славу на горе преображения, видели Моисея и Илию, которые беседовали с Ним, они слышали голос с небес. И теперь, когда Христу предстояла великая борьба, Ему хотелось, чтобы они были рядом. Ученики часто проводили ночь вместе с Ним в этом уголке. Обычно после бдения и молитвы они спокойно засыпали недалеко от своего Учителя, а утром Он будил их для новых трудов. Эту ночь Он желал провести в совместной молитве. Впрочем, Он не хотел, чтобы даже эти ученики стали свидетелями муки, которую предстояло Ему перенести. {ЖВ 686.1}
«Побудьте здесь, - сказал Он, - бодрствуйте со Мною». Он отошел от них на небольшое расстояние - так, чтобы они могли видеть и слышать Его, и, обессиленный, пал на землю. Он чувствовал, что грех разделял Его с Отцом. Эта пропасть была так широка, так мрачна и глубока, что дух Его содрогался. Он не вправе был воспользоваться Своей Божественной силой, чтобы избавиться от этих мук. Как человеку Ему надлежало пострадать за все последствия греха людей. Как человеку Ему надлежало вынести весь гнев Божий против беззакония. {ЖВ 686.2}
Теперь Христу выпало испытание, не похожее на все предыдущие. Его страдания лучше всего можно описать словами пророка: «О, меч! поднимись на пастыря Моего и на ближнего Моего, говорит Господь Саваоф» (Захарии 13:7). Христос страдал за греховный род людской - вместо него и ради него - по справедливости Божьей. Он понимал, что значит эта справедливость. До сих пор Он был Ходатаем за других, а теперь Сам нуждался в ходатае. {ЖВ 686.3}
Когда Христос почувствовал, что Его единство с Отцом прервалось, Он начал опасаться, что Его человеческое естество не вынесет предстоящей борьбы с силами тьмы. В пустыне искушения решалась судьба человечества. Тогда Христос победил. Теперь искуситель пришел для последней ужасной битвы, к которой готовился в течение трех лет служения Христа. Для него этот момент означал все. Если он потерпит сейчас поражение, его надежда на господство рухнет. Все царства мира окончательно будут принадлежать Христу, а князь тьмы окажется низвержен и изгнан. Но если удастся Христа победить, земля станет царством сатаны и человечество будет навсегда в его власти. {ЖВ 686.4}
Когда Христос размышлял о предстоящей битве, душа наполнялась страхом. Его пугала мысль о разделении с Богом. Сатана внушал Ему, что если Он станет поручителем за грешный мир, это разделение будет вечным. Его причислят к царству сатаны, и никогда не осуществится Его единение с Богом. {ЖВ 687.1}
И чего можно добиться этой жертвой? Ведь грех и неблагодарность людей неисправимы, нашептывал Иисусу сатана. Люди, гордые и надменные, отвергли Тебя. Они стремятся убить Тебя - Основание, Средоточие и Печать обетований, данных им как особому народу. Один из Твоих учеников, внимавший Твоим наставлениям, усердно трудившийся для Церкви, предаст Тебя. Другой из самых ревностных Твоих последователей отречется от Тебя, и все Тебя оставят. Все существо Христа противилось этим внушениям. Его сердце ранила мысль, что те, кого Он решил спасти и так сильно любил, будут осуществлять замыслы сатаны. Борьба была ужасной. Ее напряжение усиливалось виной Его народа, виной Его противников и предателя, виной всего мира, погрязшего в беззаконии. Грехи людей тяжким бременем лежали на Христе, и сознание Божьего гнева сокрушало Его. {ЖВ 687.2}
Взгляните на Христа, размышляющего над ценой, которую нужно уплатить за человеческую душу. Страдая, Он припадает к земле, как бы желая уменьшить пропасть, отделяющую Его от Бога. Ночная роса холодит Его распростертое тело, но Он не чувствует этого. Из Его бледных уст вырывается горестный вопль: «Отче Мой! если возможно, да минует Меня чаша сия». Но даже теперь Он добавляет: «Впрочем, не как Я хочу, но как Ты». {ЖВ 687.3}
В страданиях человеческое сердце жаждет сочувствия, жаждал его всем Своим существом и Христос. В момент сильнейшей душевной скорби Он пришел к Своим ученикам, томясь желанием услышать утешение от тех, кого Сам так часто утешал, благословлял и охранял в печалях и горестях. Тот, Кто всегда находил для них участливое слово, ныне Сам переносил жесточайшие мучения и желал увидеть их молящимися за Него и за себя. Каким зловещим казался грех! Каким ужасным было искушение - предоставить человеческому роду самому пожинать последствия греха, в то время как Он стоял бы невинным пред Богом. Если бы Он мог убедиться в понимании и поддержке учеников Своих, как укрепились бы Его силы! Поднявшись, Иисус из последних сил устремляется туда, где оставил Своих спутников. Но Он «находит их спящими». Если бы Он нашел их молящимися, это утешило бы Его. Если бы они искали убежища в Боге, чтобы силы сатаны не одолели их, Он утешился бы их твердой верой. Но они не обратили внимания на неоднократные предостережения: «Бодрствуйте и молитесь». Вначале ученики встревожились, увидев, что их Учитель, всегда такой спокойный, исполненный достоинства, теперь борется с непонятной для них скорбью. Слыша громкие стоны Страдальца, они молились, но хотя не намеревались оставлять своего Господа, впали в какое-то оцепенение, которое могли бы преодолеть, продолжая взывать к Богу. Но они не осознавали нужды в бодрствовании и ревностной молитве, чтобы устоять в искушении. {ЖВ 687.4}
Прежде чем направиться в сад, Иисус сказал Своим ученикам: «Все вы соблазнитесь о Мне в эту ночь». Но они настойчиво уверяли Его, что последуют за Ним и в темницу, и на смерть. А злосчастный, самонадеянный Петр прибавил: «Если и все соблазнятся, но не я» (Марка 14:27, 29). Ученики были уверены в себе и не следовали советам Христа. И вот теперь, когда Спаситель более всего нуждался в их сочувствии и молитвах, они все, включая и Петра, спали. {ЖВ 688.1}
Заснул и Иоанн, любимый ученик, который так часто склонял голову на грудь Иисуса. Любовь Иоанна к Господу должна была бы помочь ему бодрствовать, а его искренние молитвы могли бы слиться с молитвами его возлюбленного Спасителя в час Его величайшей скорби. Искупитель провел много ночей в молитве за Своих учеников, чтобы их вера не ослабела. Если бы Иисус теперь повторил вопрос, который Он однажды задал Иакову и Иоанну: «Можете ли пить чашу, которую Я буду пить, или креститься крещением, которым Я крещусь?» - они не осмелились бы ответить: «Можем» (Матфея 20:22). {ЖВ 689.1}
Ученики проснулись, услышав голос Иисуса, и с трудом узнали Его - так страдания исказили знакомое лицо! Обратившись к Петру, Иисус сказал: «Симон! ты спишь? не мог ты бодрствовать один час? Бодрствуйте и молитесь, чтобы не впасть в искушение: дух бодр, плоть же немощна». Слабость учеников пробудила сочувствие в Иисусе. Он опасался, что они не смогут вынести такие испытания, как предательство Иуды и Его смерть, и не укорял их, но сказал: «Бодрствуйте и молитесь, чтобы не впасть в искушение». Даже в величайших муках Он стремился оправдать их слабость. «Дух бодр, - сказал Он, - плоть же немощна». {ЖВ 689.2}
Ослабевший, истерзанный жестокими муками, Сын Божий медленно вернулся на то место, где происходила борьба. Теперь Его страдания стали гораздо сильнее. «Пот Его был, как капли крови, падающие на землю». Кипарисы и пальмы, молчаливые свидетели Его страданий, со своих густых ветвей роняли на Него крупные капли росы, как будто вся природа рыдала над своим Творцом, сражавшимся в одиночку с силами тьмы. {ЖВ 689.3}
Еще совсем недавно Иисус, подобно могучему кедру, выдерживал бури, которые яростно обрушивались на Него. Упрямые и жестокосердные люди, исполненные злобы и коварства, напрасно пытались смутить и сокрушить Его. Он высился над ними в Божественном величии, как Сын Божий. Его служение, каждый миг которого был отмечен победой над силами тьмы, приблизилось к концу. Иисус, уже прославленный Богом, заявил о Своем единстве с Ним. Когда Он пел хвалебные гимны, Его голос звучал уверенно. Он с нежностью ободрял Своих учеников. Теперь же Он был подобен тростнику, согнувшемуся под натиском свирепого урагана, на Него надвигалась тьма. Никакой торжественности не было в Его голосе, нарушавшем ночную тишину, в нем звучали страдания и скорбь. Сквозь дремоту ученики услышали слова Спасителя: «Отче Мой! если не может чаша сия миновать Меня, чтобы Мне не пить ее, да будет воля Твоя». {ЖВ 689.4}
Ученики хотели было сразу же пойти к Нему, но Он повелел им оставаться на месте, бодрствовать и молиться. Когда же Иисус приблизился к ним, то нашел их, как и прежде, спящими. И снова Он ощутил жажду дружеского общения, желая услышать от Своих учеников хоть несколько слов, которые утешили бы Его и развеяли бы почти одолевшие Его чары тьмы. Но глаза их отяжелели, «и они не знали, что Ему отвечать». Они почувствовали Его присутствие и пробудились, а увидев на лице Его следы кровавого пота, испугались. Они не могли понять Его душевных страданий. «Столько был обезображен паче всякого человека лик Его, и вид Его - паче сынов человеческих!» (Исаии 52:14). {ЖВ 690.1}
Иисус снова пошел к месту Своего уединения и пал на землю, охваченный ужасом и тьмой. Человеческая природа Сына Божьего трепетала в этот час испытаний, и теперь Он молился уже не о Своих учениках, не о том, чтобы они сохранили веру, но о Своей искушаемой, терзаемой душе. Наступило то ужасное мгновение, которое должно было решить судьбу мира. Судьба всего человечества оказалась на колеблющихся весах. В тот момент Христос мог еще отказаться испить чашу, предназначенную для виновного человека, - было еще не поздно. Он мог отереть кровавый пот со Своего чела и оставить людей погибать в грехах, сказав: пусть преступник понесет наказание за свой грех, а Я пойду к Моему Отцу. Выпьет ли Сын Божий горькую чашу унижения и мучения? Возьмет ли на Себя Невинный проклятие греха, чтобы спасти виновных? С трепещущих и бледных уст Иисуса сорвались слова: «Отче Мой! если не может чаша сия миновать Меня, чтобы Мне не пить ее, да будет воля Твоя». {ЖВ 690.2}
Трижды Он произнес эту молитву. Трижды Его человеческая природа содрогалась при мысли о последней жертве. И вот теперь перед Искупителем мира проходит вся история человеческого рода. Он видит, что нарушители закона, предоставленные самим себе, должны погибнуть. Он чувствует беспомощность человека и силу греха. Перед Его взором встают все беды и страдания обреченного мира. Он знает, какая участь грозит Ему, но исполняется решимости спасти человека, чего бы это Ему ни стоило. Он согласен принять крещение кровью, чтобы миллионы погибающих наследовали жизнь вечную. Иисус покинул небесные обители, где царит чистота, счастье и слава, ради спасения одной пропавшей овцы - одного мира, который пал, нарушив закон. И Он не отступит от Своей цели. Он станет искупительной жертвой за этот род, который добровольно избрал грех. И теперь Его молитва дышит только покорностью: «Если не может чаша сия миновать Меня, чтобы Мне не пить ее, да будет воля Твоя». {ЖВ 690.3}
Приняв решение, Он, словно мертвый, пал на землю. Где же были в этот момент Его ученики? Почему они не положили свои руки под голову изнемогающего Учителя, не омыли Его чело, обезображенное паче всякого человека? Спаситель топтал точило один, и никого из людей не было рядом с Ним. {ЖВ 693.1}
Но Бог страдал вместе со Своим Сыном. Ангелы видели мучения Спасителя. Они видели, что их Господь окружен легионами сатанинских сил, что Он объят таинственным, приводящим в трепет страхом. На Небе воцарилось молчание, и арфы не издавали ни единого звука. Если бы и смертные видели, как потрясены ангелы, в безмолвной печали наблюдавшие за тем, как Отец перестал освещать лучами света, славы и любви Своего возлюбленного Сына, то они наконец поняли бы, насколько оскорбителен для Бога грех. {ЖВ 693.2}
Непадшие миры и небесные ангелы напряженно наблюдали за приближением конца борьбы. Сатана и его сторонники - легионы отступников внимательно следили за этим решающим моментом в деле искупления. Силы добра и зла ждали: какой ответ последует на трехкратную молитву Христа. Ангелы очень хотели облегчить бремя Божественного Страдальца, но не могли этого сделать. Сыну Божьему нельзя было отступать. И вот в тот страшный миг, когда решалось все, а таинственная чаша дрожала в руке Страдальца, разверзлись небеса; в кромешном мраке воссиял свет, и могущественный ангел, предстоящий Богу и занимающий теперь положение, с которого ниспал сатана, пришел ко Христу. Ангел пришел не для того, чтобы взять чашу из руки Христа, но чтобы укрепить Его в решимости испить эту чашу и заверить Христа в любви Отца. Он пришел, чтобы дать силу молящемуся Богочеловеку, указать Ему на отверстые небеса и напомнить о душах, которые будут спасены Его страданиями. Ангел уверял: Отец Его гораздо могущественнее, чем сатана, смерть Спасителя приведет к полному поражению сатаны, и царство этого мира будет отдано святым Всевышнего. Он говорил, что Христос будет удовлетворен подвигом Своей души, потому что множество людей будет спасено навеки. {ЖВ 693.3}
Муки Христа все еще продолжались, но теперь Он уже не был угнетен и подавлен. И хотя буря не утихла, Тот, над Кем она бушевала, укрепился, чтобы противостоять ее натиску, и противостоять спокойно и невозмутимо. Небесный мир покоился на Его окровавленном челе. Он вынес то, что не мог вынести ни один человек, потому что Ему пришлось испытать смертные муки за все человечество. {ЖВ 694.1}
Спящих учеников неожиданно разбудил свет, окружающий Спасителя. Они увидели склонившегося над ним ангела, который положил голову Спасителя к себе на грудь и указывал Ему на небеса, а голос, подобный сладчайшей музыке, произносил слова утешения и надежды. Ученики вспомнили то, что произошло на горе преображения, дивную славу, окружившую Иисуса в храме, и голос Божий, звучавший из облака. Теперь снова была явлена та же слава. Бог заботился о Нем, могущественный ангел был послан, чтобы защитить Его. Они поняли, что больше не надо бояться за своего Учителя. И снова, уставшие, погружаются в какое-то странное оцепенение, и снова Иисус находит их спящими. {ЖВ 694.2}
С печалью глядя на них, Он говорит: «Вы все еще спите и почиваете? вот, приблизился час, и Сын Человеческий предается в руки грешников». {ЖВ 694.3}
Едва Он произнес эти слова, послышался гул толпы, ищущей Его, и Иисус сказал: «Встаньте, пойдем: вот, приблизился предающий Меня». {ЖВ 694.4}
Когда Иисус вышел навстречу Своему предателю, на лице Его не было и следа только что пережитых мук. Встав впереди Своих учеников, Он сказал: «Кого ищете?» Они ответили: «Иисуса Назорея». Иисус ответил: «Это Я». Когда Он произнес эти слова, ангел, недавно служивший Иисусу, встал между Ним и толпой. Божественный свет озарил лицо Спасителя, и сияющий голубь появился над Ним. В сиянии этой славы жестокая толпа не могла устоять даже мгновение - все отпрянули назад. Священники, старейшины, воины и даже Иуда - все как мертвые пали на землю. {ЖВ 694.5}
Но вот ангел удалился, и свет исчез. Иисус мог бы уйти от Своих врагов, но Он стоял спокойно и невозмутимо. Прославленный, Он стоял среди простертых ниц и беспомощно лежащих у Его ног людей. Ученики смотрели на происходящее, онемев от изумления и благоговейного страха. {ЖВ 694.6}
Еще мгновение - и все изменилось. Толпа поднялась. Римские воины, священники и Иуда кинулись к Христу. Казалось, они устыдились своей слабости и боялись, что Он ускользнет от них. И снова Искупитель спросил их: «Кого ищете?» Им было дано доказательство, что перед ними - Сын Божий, но они не хотели принять его. На вопрос «Кого ищете?» они снова ответили: «Иисуса Назорея». Тогда Спаситель произнес: «Я сказал вам, что это Я. Итак, если Меня ищете, оставьте их, пусть идут», и указал на Своих учеников. Он знал, как слаба их вера, и поэтому старался оградить их от искушений и испытаний. Ради них Он был готов пожертвовать Собой. {ЖВ 695.1}
Иуда, предатель, не забыл той роли, которую ему надлежало исполнить. Когда толпа вошла в сад, он шагал впереди, а за ним неотступно следовал первосвященник. Он дал знак искавшим Иисуса: «Кого я поцелую, Тот и есть, возьмите Его» (Матфея 26:48). Теперь он делает вид, что не имеет с ними ничего общего. Подойдя к Иисусу, он, как близкий друг, берет Его за руку. Со словами «Радуйся, Равви» он несколько раз целует Его и притворно плачет, как бы сочувствуя Его положению. {ЖВ 695.2}
Иисус спросил его: «Друг, для чего ты пришел?» Голос Его дрожал от волнения, когда Он произнес: «Иуда! целованием ли предаешь Сына Человеческого?» Эти слова должны были пробудить совесть предателя и тронуть его жестокое сердце. Но честь, верность и человеческое сострадание были чужды Иуде. Он держался дерзко и самоуверенно и не обнаруживал ни малейшего желания смягчиться. Он предал себя сатане, бессильный сопротивляться ему. Иисус не уклонился от поцелуя предателя. {ЖВ 696.1}
Толпа осмелела, когда увидела, что Иуда прикоснулся к Тому, Кто только что был прославлен у них на глазах. Люди схватили Иисуса и связали руки, всегда творившие добро. {ЖВ 696.2}
Ученики думали, что их Учитель не позволит, чтобы Его схватили. Ведь та же сила, которая заставила всю толпу упасть замертво, могла бы не дать ей подняться, и Иисус со Своими спутниками сумел бы скрыться. Ученики Иисуса были разочарованы и раздосадованы, когда увидели, что руки Того, Кого они любили, связаны веревками. Петр в гневе выхватил свой меч и попытался защитить своего Господа, но он лишь отсек ухо слуге первосвященника. Когда Иисус увидел это, то освободил Свои руки, хотя Его крепко держали римские воины, и сказал: «Оставьте, довольно». Он прикоснулся к раненому уху и тотчас излечил его. Затем Он сказал Петру: «Возврати меч твой в его место, ибо все, взявшие меч, мечом погибнут; или думаешь, что Я не могу теперь умолить Отца Моего, и Он представит Мне более, нежели двенадцать легионов Ангелов?» (по легиону вместо каждого из Его учеников). Но почему же, недоумевали ученики, Он не спасет Себя и нас? И, отвечая на эту невысказанную мысль, Христос добавил: «Как же сбудутся Писания, что так должно быть? Неужели Мне не пить чаши, которую дал Мне Отец?» {ЖВ 696.3}
Чопорная надменность иудейских правителей не помешала им принять участие в преследовании Иисуса. Уж слишком важным делом был Его арест, чтобы довериться подчиненным; коварные священники и старейшины вместе с храмовыми стражниками и всяким сбродом последовали за Иудой в Гефсиманский сад. И в каком же обществе оказались эти высокопоставленные особы - в толпе, легко возбудимой и вооружившейся чем попало, словно для охоты на дикого зверя! {ЖВ 696.4}
Повернувшись к священникам и старейшинам, Христос устремил на них Свой испытующий взор. Они никогда не забудут сказанного Им! Слова эти были подобны острым стрелам Всемогущего. Вы вышли на Меня с мечами и с копьями, как будто на вора или разбойника, с достоинством произнес Христос; каждый день Я приходил в храм учить народ, у вас были все возможности поднять на Меня руку, но вы не сделали этого. Ночь удобнее для вашего дела. «Но теперь - ваше время и власть тьмы». {ЖВ 697.1}
Когда ученики увидели, что Иисус позволил схватить Себя и связать, их объял ужас. Как может Он допускать такое унижение и Себя, и их?! Они не понимали Его и винили за покорность толпе. Возмущенный, перепуганный Петр предложил всем ученикам спасаться. Следуя его совету, «все оставили Его и бежали». Христос предсказал, что они оставят Его. «Вот, наступает час, - сказал Он, - и настал уже, что вы рассеетесь каждый в свою сторону и Меня оставите одного; но Я не один, потому что Отец со Мною» (Иоанна 16:32). {ЖВ 697.2}